LEG X FRET
Make Roma Great Again

Социальные реформы в эллинистической Греции

Крупными событиями в социальной жизни Спарты в это вре­мя были реформы Агиса и Клеомена. Инициатива в проведении реформ исходила сверху, от спартанских царей, но одновременно опиралась и на требования масс. Среди спартанских верхов в III в. большой популярностью пользовались сочинения фило­софа Сфера, ученика основателя школы стоиков Зенона. В духе модной тогда стоической философии Сфер критиковал современ­ное ему общество, упадок нравов, роскошь, богатство, корысто­любие и в то же время превозносил старину и идеализировал древнюю спартанскую конституцию, строй Ликурга, которому он посвятил специальный трактат. Последователем и горячим почитателем Сфера был спартан­ский царь Агис IV (245—241 гг.), а затем и Клеомен. Агис, го­ворит Плутарх в биографии этого царя, «своим умом и высоки­ми качествами сердца» (Плутарх, Агис, IV) превосходил не только своего соправи­теля царя Леонида, но и всех царей после Агесилая Великого. Став царем, Агис считал своей целью возрождение древней Спарты. Для этого он в духе учения Сфера прежде всего считал необходимым передать земли в руки государства и раздать их мелкими клерами безземельным спартиатам; кроме того, по его мнению, нужно было провести кассацию долгов. Агитацию за эти реформы молодой царь повел сначала среди правящего слоя, а потом и среди значительно более широких кругов свободного населения. Агитация Агиса имела успех. Среди аристократии нашлись люди, которые отчасти по идейным, а отчасти по ко­рыстным соображениям примкнули к партии реформ. Агиса под­держивали его дядя Агесилай, мать Агесистрата, Лисандр, пото­мок прославившегося в Пелопоннесскую войну Лисандра, и не­которые другие богатые и влиятельные люди Спарты. К сожалению, наши сведения об Агисе очень неполны и одно­сторонни.

Монета Клеомена III. На реверсе изображена Артемида Ортия

Плутарх оценивает Агиса преимущественно с мораль­ной точки зрения и все реформы объясняет моральными побуж­дениями юного идеально настроенного правителя: В действи­тельности же дело, по-видимому, обстояло иначе. Агис, как и следовавший за ним Клеомен, стремился превратить Спарту в военно-бюрократическое государство эллинистического типа с централизованной (царской) властью и утвердить спартанскую гегемонию в Пелопоннесе. Для этого было необходимо реформи­ровать государственный строй Спарты и увеличить число полно­правных и боеспособных спартанцев, обеспечив их землей. Первоначально Агис рассчитывал провести свою реформу че­рез эфорат и для этого в 243 г. провел в эфоры своего сторонни­ка Лисандра. Избранный эфором, Лисандр немедленно внес законопроект в герусию, высший государственный орган Спарты. Герусия отклонила предложение Лисандра, и он перенес зако­нопроект в апеллу. В апелле в роли защитника законопроекта выступил сам Агис, отказавшийся в пользу государства от своих обширных поместий ценностью 600 аттических талантов. Агис ратовал за восстановление ликургова строя. «Я хочу,— говорил Агис,— изгнать из Спарты сребролюбие и гордость. Я боюсь, что различие в образе жизни и порча нравов внесут рознь и разло­жение в наше государство…» По внешнему виду и образу жизни царь Агис походил на рядового гражданина. Следуя философам кинической школы, он носил короткий плащ, длинные волосы, вел суровый образ жизни и ел простую пищу. Выступления Агиса настроили против него олигархов, назы­вавших царя-реформатора эгоистом, стремящимся к установ­лению в Спарте тирании. В следующем, 242 году положение еще более обострилось, срок полномочий Лисандра истек, и он вы­шел из состава эфората. В новый эфорат входили исключительно одни олигархи. После этого Агис вынужден был прибегнуть к более решительным мерам: разогнать эфорат, открыть долговые тюрьмы и кассировать долги. Долговые квитанции были собра­ны в одну кучу и сожжены на площади. Стремясь поднять бое­способность спартанской армии, Агис предложил дать земель­ные участки 19 500 спартиатам и периэкам. Одновременно Агис предлагал наделить периэков гражданскими правами. До пере­дела же земель дело не дошло, так как царь должен был пос­пешно уехать на войну с этолянами, вторгшимися в Пелопоннес. Воспользовавшись отъездом царя, противники реформ пере­убедили граждан, отменили реформу и предали суду самого реформатора. После возвращения с театра военных действий Агис был обвинен в стремлении к тирании и приговорен к смерт­ной казни. Агис, а также его мать и бабка были задушены в тюрьме. Однако смерть Агиса не обезглавила начавшегося движения. Через несколько лет продолжателем дела Агиса выступил новый царь, Клеомен III (235—221 гг.), женатый на вдове Агиса. Из опыта Агиса Клеомен извлек много для себя полезного. Бы­ло ясно, что реформу можно провести лишь насильственно, путем военного переворота, уничтожив эфорат и герусию, пре­пятствовавших ее проведению. Война с Ахейским союзом, стре­мившимся утвердить свою гегемонию во всех городах Пело­поннеса, дала возможность молодому царю продемонстрировать свои незаурядные военные способности. После одной из побед над ахейцами Клеомен с отрядом наемников двинулся в Спарту и совершил государственный переворот. Воины Клеомена ворва­лись в сисситии, где находились эфоры, выбросили их кресла, а самих убили. 80 самых влиятельных и выступавших против реформ олигархов были изгнаны, эфорат и герусия уничтоже­ны. «Если бы эфоры,— говорил в народном собрании Клеомен,— не так злоупотребляли своей властью, то их можно было бы еще терпеть, но теперь они превзошли всякую меру терпения. Они совершенно уничтожили царскую власть, возвысив свою собственную; по своему произволу они изгоняют одних царей, предают суду и убивают других. Своими врагами эфоры объявляют всех, кто стремится восстановить конституцию Ликурга» (Плутарх, Клеомен, 10). В заключение Клеомен подчеркнул, что если бы он мог мирным путем вылечить Спарту от всех «занесенных извне болезней»— неги, роскоши, долгов и займов, а самое главное, от источника всех пороков — бедности и богатства, то считал бы себя самым счастливым из всех царей мира.

Карта времен Клеоменовой войны

На следующий день после переворота Клеомен созвал народ­ное собрание с целью объяснить совершившийся переворот и приступить к реорганизации государства на новых началах, кассации долгов и переделу имуществ. Передел имуществ зна­чительно увеличил число граждан и боеспособных воинов, и, кроме того, в гражданские списки было занесено несколько тысяч периэков, благодаря чему спартанское ополчение стало представлять теперь внушительную силу. Экономические меро­приятия Клеомена были лишь прелюдией дальнейших его поли­тических и социальных реформ. Клеомен стремился воспитать спартанское юношество в духе стоической философии. Он мечтал переделать людей, сделать их «хорошими во всех отношениях». Поэтому Клеомен, по сообщению Плутарха, об­ращал особое внимание на воспитание и образование молодежи. Спартанская молодежь проводила время в учении, гимнасти­ческих и военных упражнениях. Руководил воспитанием царь, который сам был примером простоты, скромности и умерен­ности. Внешний успех реформ был полный.

Популярность Клеомена в Спарте возросла. «Клеомен,— пишет Плутарх,— возбудил огромное удивле­ние своей энергией и умом. Те, которые раньше смеялись над ним, когда он говорил, что, провозглашая кассацию долгов и передел земель, он берет пример с Солона и Ликурга, теперь вполне верили, что виновником всех перемен, происшедших в спартанцах, был именно он, а не кто-либо другой» (Плутарх, Клеомен, 7, 8, 10. 23.). Проведенная Клеоменом реформа влила новые силы в спартанскую общину, подняла престиж царской власти и сдела­ла Спарту способной на новые войны и победы. Результаты преобразований не замедлили сказаться в войне с Ахейским союзом. В этой войне Клеомен, опираясь на свои войска, до­бился успехов. Отряды Клеомена вызывали всеобщее удивле­ние и восхищение. На Клеомена смотрели как на избавителя от всех бед и провозвестника новой жизни. Масса бедного люда в городах Пелопоннеса, через которые двигались спартанцы, пе­реходила на сторону Клеомена или же выражала ему сочувст­вие, готовая по его первому приказу начать расправу со своими олигархами-богачами. Повсюду народ требовал кассации долгов и передела земли. Аркадия, Аргос, Коринф и часть Ахайи под­держали Клеомена. Тогда глава Ахейского союза и фактический его диктатор Арат, боясь вспышки демократического движения и не видя иного выхода, вступил в переговоры с македонским царем Антигоном Досоном. Классовые интересы побудили Арата от­казаться от всего достигнутого за предшествующие годы в борь­бе с Македонией. Он и сам был богатым человеком и защищал интересы богатых. На помощь Арату двинулся македонский царь с 40-тысячным войском. Он нанес несколько поражений спартанцам, прорвал­ся в Пелопоннес и захватил города Орхомен, Мантинею и дру­гие, подвергнув их жестокому разгрому. На этом Антигон, одна­ко, не остановился. Его целью был разгром Спарты. Положе­ние для Клеомена становилось критическим. Окруженный вра­гами, он прибегнул к крайнему средству: призыву в армию илотов. По одной версии, шести, а по другой — девяти тысячам илотов разрешено было откупаться за пять аттических мин, что составляло очень большую сумму. Сколько же илотов было в Спарте III в., если девять тысяч из них располагали средст­вами для выкупа! Но и это, однако, не спасло положения. На подступах к Лаконике, в теснинах Селласии, в 221 г. Клео­мен потерпел полное поражение, потеряв большую часть своей 20-тысячной армии. Победу одержала Македония. Клеомен бе­жал в Египет к своему союзнику Птолемею Эвергету и там че­рез несколько лет погиб.

Схожие темы

Древняя Греция

Литература